< Попер   ЗМІСТ   Наст >

Емоції та почуття

Л. Вундт. Психология душевных волнений

Главные формы и общие свойства психических элементов

Так как всякое содержание психического опыта бывает сложно по своей природе, то психические элементы в смысле безусловно простых и неразложимых составных частей психического ряда явлений представляют собой порождение анализа и отвлечения. Подобное отвлечение возможно только благодаря тому, что элементы связываются друг с другом в действительности различным образом.

Непосредственный опыт состоит из двух факторов, объективного содержания опыта и испытующего субъекта, и в соответствии с этим мы имеем два рода психических элементов, получаемых в результате психологического анализа. Элементы объективного содержания опыта мы называем элементами ощущения, или просто ощущениями, например, тон, известное ощущение тепла, холода, света и т. д. Субъективные элементы мы называем элементами чувства, или простыми чувствами. Примером таковых могут служить: чувство, сопровождающее какое-нибудь ощущение звука, вкуса, света, обоняния, тепла, холода, боли, или чувства, испытываемые нами при виде предметов, которые нам нравятся или не нравятся, чувства при внимании, в момент волевого акта и т. д. <...>

В ощущениях и простых чувствах мы находим и некоторые общие свойства, и некоторые характерные различия. К общим свойствам относится, например, то, что каждому элементу присущи два определения: качество, и интенсивность. Всякое простое ощущение, всякое простое чувство имеют определенное качество, но оно всегда дано бывает в различной силе (интенсивности). В названиях психических элементов мы руководствуемся исключительно их качествами; так, среди ощущений мы различаем голубой, желтый цвет, тепло, холод и т. п., среди чувств - серьезные, веселые, печальные, мрачные чувства и т. д. Напротив, различия интенсивности элементов обозначаются нами во всех случаях одинаковыми обозначениями величины, как-то: слабый, сильный, средней силы, очень сильный. <...>

Ощущения и чувства отличаются друг от друга в некоторых существенных свойствах, которые связаны с тем, что наши чувства имеют отношение к единому субъекту, а ощущения - к многообразным объектам. <...>

Все многообразие чистых ощущений распадается на несколько отделенных друг от друга систем, между элементами которых нет никаких отношений по качеству. Поэтому ощущения, принадлежащие к различным системам, называются диспаратными. В этом смысле дисларатны тон и цвет, ко также и ощущения тепла и давления. <...> Напротив, все простые чувства образуют одно целое связное многообразие, так как нет ни одного чувства, отправляясь от которого нельзя было бы через ряд промежуточных ступеней и полосу безразличия дойти до всякого другого чувства. <...>

Качественное многообразие простых чувств необозримо велико, по-видимому; во всяком случае оно более значительно, чем многообразие ощущений. <...>

Тем не менее в пределах этого многообразия можно различать сколько главных направлений, простирающихся между контрастами чувства доминирующего характера. Такие главные направления могут быть поэтому передаваемы каждое с помощью двух обозначений, отмечающих эти контрасты. Но при этом каждое обозначение следует рассматривать лишь как собирательное выражение, обнимающее множество индивидуально изменчивых чувств.

Основные формы чувств

Не может быть и сомнения, что если мы обратимся за данными к непосредственному опыту, то перед нами выделятся в качестве двух отчетливо различных форм чувства удовольствия и неудовольствия. <...> Но пусть наблюдатель... попытается распространить субъективный анализ чувств на более широкую область наблюдения; тогда неминуемо выделится перед ни множество дневных состояний, которым необходимо приписать характер чувства, но в то же время подогнать под шаблонную схему удовольствия-неудовольствия невозможно. <...>

Если я буду смотреть в темном пространстве сперва на блистающий спектрально-чистый красный цвет, а потом на такой же самый голубой цвет, то и тот, и другой охарактеризую, конечно, как в высшей степени радостные впечатления, т. е. возбуждающие удовольствия. И несмотря на это, чувства, пробуждаемые во мне ими обоими, будут совершенно различны. <...> Наиболее подходящими названиями для них могут служить выражения: возбуждение и успокоение; для высших же степеней последнего можно брать название подавленность (депрессия). Эти же чувства, очевидно, обусловливают отчасти и противоположный эмоциональный характер, свойственный высоким и низким тонам, резким и мягким тембрам. <...>

Будем, например, умеренно напрягая внимание, прислушиваться к ударам медленно отбивающего такт метронома. Тогда в промежутке от одного удара до другого появится и будет становиться сильнее и сильнее особое состояние, которое мы можем назвать чувством напряжения (соответственно причине, чаще всего вызывающей это чувство). Как только ожидаемый удар маятника прозвучал, чувство это разрешается в некоторое противоположное национальное состояние. Будем называть последнее чувством разрешения. Конечно, и то, и другое может соединяться с чувствами удовольствия-неудовольствия, равно как и с чувствами возбуждения и успокоения; но могут они проявляться и без всякой объективно заметной примеси. <...>

Однако найти еще какие-нибудь другие эмоциональные элементы, специфически отличающиеся от трех выше различенных пар противоположностей, по-видимому, уже нельзя. <..,> Таким образом, всю систему чувств можно определить как многообразие трех измерении, в котором каждое измерение имеет два противоположных направления, исключающих друг друга. Наоборот, каждое из шести основных направлений, получающихся таким образом, может сосуществовать с чувствами тех двух измерений, к которым само оно не принадлежит. Направления же одного и того же измерения, разумеется, в каждом данном мгновенном эмоциональном состоянии, исключают друг друга. <...> Простыми чувствами следует называть такие самостоятельно существующие чувства, которые хотя и могут вступать в соединение с другими элементами сознания, но сами уже на самостоятельные более простые чувства неразложимы. <...> Если при анализе чувств мы найдем такую составную часть, которая возможна только как отдельное определение, как один из признаков чувства, а в качестве реального существующего чувства встретиться не может, то значит здесь дело идет уже не о чувстве, а о свойстве чувств, вроде того как бывает в области ощущений: интенсивность и качество ощущения не есть ощущение, а только его свойство. Оба эти свойства - интенсивность и качество - суть нераздельно друг с другом связанных определений всех простых психических содержаний. Присущи они в действительности и чувству. <...>

Качественная особенность, свойственная всякому чувству и отличающая его от всех прочих чувств, характеризуется тем, что всегда принадлежит к основным эмоциональным формам - удовольствию или неудовольствию, возбуждению или угнетению; напряжению или разрешению. Она может входить или в одно их этих измерений, или в два, или во все три. Таким образом, если мы назовем качество и интенсивность основными свойствами чувства, то первое из этих основных свойств, качество, может быть определено более подробно, потому что всегда занимает известный пункт в каком-нибудь месте эмоциональной непрерывности, построенной по трем измерениям общих основных эмоциональных форм.

Будем, в отличие от основных свойств, называть такие определения чувства (по главным его направлениям) компонентами эмоционального качества. <...>

Понятие "чувственный тон" представляет в общем краткое обозначение тех простых чувств, которые мы более или менее регулярно встречаем в связи с определенными простыми ощущениями. Если мы придадим слову "чувственный тон" такой суженный и потому ясный и однозначный смысл, то получим возможность представить проблему изменений интенсивности простых чувств в виде вопроса: как изменяется чувственный тон ощущения при переменах в интенсивности последнего?

Об общем ответе даже на этот простой вопрос нечего и думать - так невероятно сложны и запутаны условия эмоциональной жизни. Но при одном из выше различенных измерений чувства все-таки наблюдателю бросается в глаза сильная связь между интенсивностью ощущений и чувственным тоном, хотя в отдельных случаях эта связь и подвержена значительным колебаниям. Я имею здесь в виду чувства удовольствия и неудовольствия. <...>

От качества ощущений всегда зависит и особое специфическое для каждого ощущения качество сопровождающего чувственного тона. <...> Особенно, по-видимому, это надо иметь в виду по отношению к чувствам возбуждения и успокоения. <...> Так, красный цвет - цвет энергической силы. При значительной силе света ему свойственно возбуждающее чувство больше, чем всякому другому цвету. Как известно, кроваво-красный цвет приводит в раздражение: животных и дикарей. При слабой силе света чувственный тон красного ослабляется до степени серьезного настроения и чувства достоинства; еще совершеннее и полнее обнаруживается этот опенок чувства в пурпурном цвете, где красный переходит в цвета, сопровождающиеся спокойным настроением, в фиолетовый или голубой. Наконец, фиолетовый цвет принимает характер мрачной серьезности и беспокойного страстно-жаждущего настроения, соответственно своему родству одновременно с голубым и с красным. Эти же черты отчасти свойственны уже индиго-синему цвету. <...>

Непосредственная зависимость между качеством ощущения и... компонентами возбуждения и успокоения выступает особенно ярко и отчетливо при звуковых и световых впечатлениях. Это и понятно. Свойства чувств выражены в этом случае резко и вместе с тем оттенки их разнообразны. Но исходя из этого наблюдения нельзя не заметить, что зависимость эта существует и в остальных областях ощущений. <...> Например, довольно отчетливо выделяется возбуждающее настроение при впечатлении теплоты и угнетающее - при чувстве холода. На это указывают и метафорические определения цветов - "теплый" цвет, "холодный" цвет, - о которых мы говорили раньше. <...> Можно высказать такой эмпирический закон: если дана какая-нибудь система ощущений и в ней, как и в системе тонов и цветов, наибольшие качественные различия являются крайними членами постепенного ряда чистых качеств ощущений, то различия эти обыкновенно соединяются с противоположностью чувственных тонов, последние же представляют собою какие-нибудь модификации основных форм возбуждения и успокоения. Вероятно даже, что самый характер противоположности, приобретаемый в таких случаях различающимися ощущениями, условлен исключительно противоположностью сопровождающих их чувств. Если бы холодное и теплое, высокое и глубокое, белое и черное или даже голубое и желтое даны были нам лишь как чистые ощущения и совершенно лишены эмоциональных элементов, нельзя было бы, собственно говоря, понять, почему именно должны мы их воспринимать как противоположности. Конечно, они и тогда означали бы различия, иногда даже и наибольшие. Но противоположностями их делают только сильные связанные с ними эмоциональные противоположности, противоположность чувств. <...>

Совершенно иное положение занимает третье измерение чувств - напряжения и разрешения. Конечно, качества ощущений имеют сущестственное значение и для их возникновения - точно так же, как для возникновения удовольствия и неудовольствия. <...> Но при этих компонентах чувства определяющую роль играет... их временное течение. <...>

Это стоит, очевидно, в связи со специфической природой чувства напряжения и разрешения. <...> Чувства напряжения являются для нас первичными субъективными симптомами тех состояний сознания, которые мы (имея в виду именно эту их субъективную сторону) называем "состояниями внимания"; психическим же следствием их является апперцепция, т. е...."выяснение" какого-нибудь одного содержания сознания при одновременном подавлении прочих. <...>

Чувства напряжения и разрешения занимают постольку отличное от прочих компонентов место, поскольку связаны с более центральной частью тех простых процессов сознания, субъективными дополнениями которых являются простые чувства. Прочие компоненты связаны с интенсивностью и качеством содержаний сознания, поэтому и изменяются преимущественно и прежде всего вместе с этими признаками содержаний сознания. Чувства же напряжения и разрешения - составные части апперцепции этих содержаний, они - части того фактора внимания, который необходимо должен привходить в содержание сознания, чтобы оно было замечено. <...> Но апперцепция и внимание суть процессы, развивающиеся во времени, они вместе с тем и изменяются в определенной временной последовательности, так как каждое чувство разрешения необходимо предполагает предшествовавшее напряжение, а новое напряжение возникает только на основе предшествовавших разрешений. Поэтому данные компоненты чувства тесней связаны с временным течением процессов сознания, чем прочие. <...>

Вундт В. Основы физиологической психологии. - Т. 2, гл. XI. - С.351 -431.

 
< Попер   ЗМІСТ   Наст >